Китайский менталитет особенности: Особенности китайского менталитета – Китайский менталитет, вся правда

Китайский менталитет, вся правда

Ну что же. Пришло время написать о столь объемном и волнующем понятии, как «китайский менталитет». Причем затронуть я хочу несколько болезненную тему, а точнее — не слишком привлекательные стороны оного.

Это не значит, что у китайцев положительных черт мало. Их достаточно, и многие хорошо о них знают. Трудолюбие китайцев, низкая степень агрессивности, практичность и усидчивость — это то, чего многим из нас, русских, сильно не хватает. Я еще напишу об этой, «правильной» и интересной стороне медали. Но данный конкретный пост, рискуя получить обвинения в неполиткорректности, я хочу посвятить именно тем особенностям менталитета, которые не увязываются в наших головах с мироощущением европейского человека. Подчеркну — я планирую описать именно раздражающие европейский менталитет факторы, с которыми он сталкивается в китайской среде. И, так как речь пойдет именно о неприятных особенностях, «воинствующим китаистам» данный пост читать не рекомендую.

Впрочем, как и всегда, ни на какую объективную точку зрения я не претендую. Можете считать, что это пост о том, что же меня, вполне субъективного Алексея Лопаткина, не устраивает в китайском обществе. И каким образом я это, совершенно субъективно, пытаюсь объяснить.

Итак.

( Collapse )

Начнем с внешних общеизвестных проявлений китайского менталитета, которые так нам не нравятся. Пожалуй, первое, что бросается в глаза приехавшему в Китай — отталкивающее поведение китайцев. Которые лезут без очереди, мусорят и кричат, не обращая внимания на окружающих. А оказавшись за рулем, кажется, не видят ни пешеходов, ни других водителей, ни сигналы светофора. И это раздражает, зачастую, невыносимо.

Начав общаться с китайцами по вопросам бизнеса, или просто посещая магазины, рынки, сталкиваясь с ними по бытовым вопросам, очень скоро понимаешь, что в китайском бизнесе данное слово можно как дать, так и взять обратно, обещания ничего общего с реальностью не имеют, а хитрость и лицемерие — норма повседневности и деловой активности.

Но задумывались ли вы, в очередной раз получив партию китайского неликвида или вновь поймав китайского продавца на обмане и сдерживая себя от того, чтобы развернуться, уйти, улететь и более никогда не иметь с ними дел – что же, собственно, является причиной такого поведения китайцев?

Вывод, сделанный мною за десять лет проживания в Китае таков, что базой для подобного поведения является тривиальное неуважение. Просто в китайском обществе оно является нормой и жизненным стандартом.

Неуважение — это вообще основная отличительная черта китайского общества.

Эта черта не так сильно бросается в глаза, потому что она соседствует с низким уровнем агрессии, а такое сочетание для нас непривычно. Мы, русские, привыкли к тому, что если нас кто-то «не уважает», то делает это весьма показательно, я бы сказал, «наступательно – агрессивно», выпячивая свое неуважение, облекая его в хамоватую форму, и, как правило, провоцируя конфликт. Просто вспомните эту русскую фразу – «Ты меня уважаешь?» и тон, которой она произносится. Тон, не оставляющий никаких сомнений в открытом моментальном конфликте в случае любого намека на отрицательный ответ.

В китайском обществе все не так. Там нет уважения друг к другу, но нет и агрессии. Поэтому эта черта не столь заметна.

И тем не менее, тотальное игнорирование интересов окружающих — это именно то, что я бы хотел вынести во главу угла в описании китайского менталитета. Это настолько выпирающая, при внимательном рассмотрении, черта, что если бы меня попросили парой слов описать современный китайский социум, я бы описал именно двумя словами: китайское общество — это отсутствие уважения. Отсутствие уважение к другим людям, правилам, власти и нормам поведения в социуме.

Такое отношение к окружающим и окружающему является причиной не только вышеописанных мелких уличных проявлений, но и гораздо более серьезных проблем. Хороший пример китайского отношения к чему бы то ни было — экологическая ситуация, сложившейся в КНР.

Здесь, на вопросе экологии Китая, хочу остановиться чуть подробнее. Я, если что, совершенно не отношу себя к «зеленым». Уделяю внимание этому вопросу не более среднестатистического европейца. То бишь уделяю, но не зациклен. Более того — весьма скептически отношусь к большинству акций и скандалам “гринписовцев”. Но даже с моей, весьма не «зеленой», точки зрения, ситуация с загрязнением в Китае просто критическая. Московский воздух в районе садового кольца — это живительный кислород по сравнению с воздухом в Фошане, Дунгуане или индустриальными районами Чжецзяна. Представьте себе, какой запах стоит в помещении, где пол покрасили масляной краской. Скажем, запах немного выветрился, но не настолько, чтобы у вас через час не начала раскалываться голова. Представьте комнату, в которой только что сожгли пару пластиковых бутылок. Представили? Как вам такой запах не в окрасочном цеху, и даже не на территории завода, а в многомиллионном городе? Природа и животный мир в индустриальных районах Китая (а это львиная доля восточной и южной части страны) не просто поставлены на грань уничтожения, а зачастую давно уничтожены. Не думаю, что люди, уважительно относящиеся к окружающему миру, могут вести себя подобным образом. На этом фоне даже потребительское отношение к природе в России и локальные экологические проблемы со всеми нашими ЦБК на берегу Байкала – просто детский сад.

Нельзя не понимать, что высокая плотность населения и производства провоцирует наступление экологической катастрофы в отдельных районах Китая на порядок быстрее, чем в любом другом месте планеты, что, собственно, и происходит в настоящий момент. Понимает это и компартия, и китайские промышленники. Но именно в Китае, как нигде в мире, уровень наплевательского отношения к окружающей среде превышает самые наихудшие ожидания.

Есть мнение, что невнимание к экологическим проблемам Китая обусловлено нищенским существованием населения, а в такой ситуации не до заботы о чистом воздухе. Но только есть один нюанс — Китай давно перестал быть нищим. Народ живет, разумеется, в среднем, весьма не богато, но голод и нищета в Китае отсутствуют уже давно. И не смотря на это, Китай, на долю которого приходится первое место в мире (23% от общего объема) выбросов парниковых газов, не предпринимает серьезных шагов по предотвращению экологической катастрофы, по прежнему отдавая вопрос экологии в жертву экономическому росту. И ведь объем парниковых газов — это только вершина айсберга, его можно хоть как-то рассчитать. А вот точных методологий расчета общего урона окружающей среде в связи с отравлением рек и почвы ядами и тяжелыми металлами, не существует. Поэтому какими точными критериями оценить общие потери от уничтоженной Китаем флоры и фауны – неизвестно.

Рядовой китаец, бросающий коробку от «хэфаня» на дорогу под ноги соседу. «Лаобань», владелец фабрики, сливающий отходы в местную, давно мертвую, речку. Правительство КНР, в очередной раз отказывающееся подписывать Киотский протокол и закрывающее глаза на глобальную проблему уничтожения всего живого ради дополнительных долей процента в более чем достаточном росте ВВП. Все это — звенья одной цепи. И причина этих действий одна и та же. Не свойственно китайскому характеру поступаться своими, даже краткосрочными, интересами ради чего бы то ни было. Ради соседей, общественных организаций и населения, как своей страны, так и чужих.

Те же самые умозаключения напрашиваются при чтении о постоянных случаях обнаружения в продаже токсичных продуктов питания, вроде нашумевшего несколько лет назад случая массового отравления детей детским питанием. Сегодняшние владельцы китайских предприятий – далеко не бедные люди даже по общемировым меркам. Многие из них весьма обеспеченные люди, легко оставляющие в ресторане зарплату среднего европейца. Они специалисты в своей области и прекрасно знают «экологические особенности» своей продукции. И многим из них это не мешает исключительно на рационально-денежном основании продолжать производить или выращивать продукты питания, которые медленно (впрочем, иногда и быстро) травят своих сограждан.

«Уважительное» отношение государства к своим гражданам тоже проявляется повсеместно. Как-то раз рядом с моим домом начали строить станцию метро. Метро – это дело хорошее. И нужное. И удобное. Да вот только строили эту станцию круглосуточно. Семь дней в неделю. Без праздников и выходных. На протяжении почти трех лет. Со всем вытекающим шумом, скрежетом, отбойными молотками и работающей 24 часа в сутки техникой. В ста метрах от жилого комплекса на несколько тысяч человек. Китайское экономическое чудо, конечно, поражает воображение – за эти три года в Шэньчжэне было построено около ста станций метро. Но как вы думаете, сколько сотен тысяч людей двенадцатимиллионного города три года не могли просто нормально спать и жить? В моей квартире шум был такой, что я по-быстрому съехал. А остальные остались. И никто жителей и их малолетних, плачущих по ночам, детей, не спрашивал, нужно ли им настолько срочно метро по цене сотен бессонных ночей.

Кто-то, знающий Китай “изнутри”, прочитав вышеизложенное, скажет: “Постойте, но какое же неуважение? Китайцы совершенно нормально и уважительно ведут себя с друзьями и знакомыми. Да и к родителям относятся уважительно, хорошо и правильно.”

Видите ли, в чем дело. Нет никакой особенной добродетели в том, чтобы любить и уважать своих родителей и друзей. Это нормальное состояние нормального человека и проявлений какой-то особенной человечности я в этом не нахожу. Добродетель — это уважительное отношение к совершенно незнакомому человеку. Это аксиомное восприятие других членов социума как равных себе. Это не вычитанное, но прочувствованное и взятое за жизненный принцип банальное выражение “относись к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе”.

И именно этого в Китае вы не найдете. Пусть вас не вводит в заблуждение традиционная китайская любезность продавцов. Вы – покупатель. Их цель – просто заработать денег. И это подразумевает определенное поведение, но вовсе не уважение. Хотите понять, каковы реальные отношения в китайской среде – поработайте в китайской компании. Не начальником отдела, не боссом, а на обычной, параллельной с китайцами, должности, под руководством обычного китайского начальника. Отсутствие нормальной рабоче-дружеской атмосферы, кооперации (вы же конкуренты), подсиживания и куча других ништяков… Вас ожидают интересные открытия, если вы решитесь на такой эксперимент.

Мне кажется, китайцы и сами чувствуют слабину своих моральных принципов, иначе откуда столь болезненное отношение к явлению «потери лица», например? Ведь, как известно, нигде так много не говорят о приличиях, как в домах терпимости…

Ну и раз уж затронули тему работы, давайте плавно перейдем к следующей черте. Это – рамочность мышления.

Большинство иностранцев — работодателей жалуются на сложности поиска в Китае думающего сотрудника. Это действительно так, весь мой опыт работодателя говорит о том же. В отличие от России, найти исполнительного сотрудника в Китае не составляет особого труда. И этот сотрудник будет прилежно выполнять то, что от него требуется. (Правда, есть одна оговорка — при условии, что будет чувствовать контроль). При должном контроле в плане выполнения инструкций китаец будет образцово-прилежен.

Но как только среднестатистическому китайцу понадобится принять какое-то самостоятельное решение — жди беды. Китайцы плохо принимают решения в ситуациях нестандартных, ситуациях с двумя и более неизвестными. Их решением в нестандартной ситуации может быть нечто несообразное ни с логикой, ни со здравым смыслом.

Проблема связана с тем, что китайцы хорошо мыслят только в жестко заданных и изученных ими рамках. Экстраполировать свои знания на новое явление, применить к нему знания, полученные в другой области и призвать на помощь логический анализ — задача, в среднем, непосильная.

Кстати, доказать потом, что решение принято неверное, будет невозможно. Если вы начальник, китаец с вами внешне согласится, но внутренне никогда в жизни свое решение за ошибку не посчитает. Причина здесь еще в одной черте – самоуверенности и нежелании критически анализировать свои действия, знания и умения.

Я, как любитель жизненных примеров, приведу таковой.

Есть у меня товарищ из Европы, несколько лет работал пилотом в Shenzhen Airlines (в Китае проблема с квалифицированными кадрами, поэтому часто приглашают иностранцев). Неумение китайцев мыслить вне заданных рамок и заученных аксиом выводило его из себя постоянно. Понять моего товарища можно — речь идет о безопасности полетов, а хроническая неспособность пилота принять правильное решение в нестандартной ситуации может закончиться плачевно.

Вот один из его рассказов.

Этот мой товарищ — первый пилот. Второй, китаец, пару месяцев назад купил новые часы. Которые измеряют температуру, пульс, высоту и прочее. Мой товарищ как-то после взлета интересуется, доволен ли второй пилот часами. Его ответ был такой: «В целом хорошие часы. Только вот альтиметр врет. Когда высоту 10 тысяч набираем, он, в лучшем случае, 2500 показывает».

Для гуманитариев поясню, в чем дело. Стандартный альтиметр измеряет не высоту. Он измеряет давление воздуха, а затем пропорционально рассчитывает высоту над уровнем моря. А давление воздуха в салоне самолета и за бортом на высоте 10тыс метров, как вы уже догадались, очень сильно отличается. И если до меня, до человека с обычным, не «летным» техническим образованием, суть проблемы дошла за секунду, то каким же мышлением надо обладать, чтобы, получив специализированное образование и изучив принцип действия каждого прибора в самолете, включая альтиметры (это все входит в программу обучения пилотов), на протяжении двух месяцев смотреть на часы, огорчаться их «неверным» показаниям и даже не предположить ничего другого, кроме того, что они сломаны!

В общем, я часто сочувствовал своему эмоциональному товарищу, который за бокалом пива, как и многие другие экспаты, частенько забывал про политкорректность при описании нюансов своей работы в Китае.

Узость мышления дополняется такой чертой, как отсутствие любопытства, что является не менее интересной темой для размышлений.

Когда я только начал работать с китайцами, через какое-то время обнаружил полное музыкальное невежество вполне образованных, хорошо говорящих по-английски, молодых менеджеров. То есть они, пожалуй, слышали, что где-то когда-то были, например, “Beatles” (хотя я сомневаюсь, что они смогли бы назвать хоть одну их песню). Но вот такие имена как “Led Zeppelin”, “Pink Floyd” и “Red Hot Chilly Peppers” уже приводили их в недоумение. И только позднее я обнаружил, что дело тут не только в музыке. Потому как китайцы мало интересуются чем-то кроме насущных потребностей и зарабатывания денег на эти же самые потребности. Они не читают книги и не смотрят серьезное кино. Не интересуются живописью и прочим искусством. Молодые китайцы в целом мало занимаются спортом, не играют на гитаре и не выпиливают лобзиком. У нас, честно говоря, тоже не много людей читают на ночь Шопенгауэра, но в Китае, по моим ощущениям, его не читает вообще никто.

Сначала все это удивляло. Но потом мой китайский зам немного меня просветил. Как-то после работы я продолжал сидеть с ним в офисе. Закончив рабочие дела, я читал какое-то автомобильное интернет-издание. Читал статью о новой модели “Феррари”. Ко мне подошел мой заместитель и я показал ему фотографии со словами: “Глянь, какая красота!”. “Не знаю” – сказал он в ответ — “Мне не интересно, если честно”.

“Послушай, но как же так?”, — удивился я – “И у тебя, и у меня, техническое образование. Ты же не можешь не оценить красоту с инженерной точки зрения. Это полет инженерной мысли, мало ограниченный рамками цены, экологии и расхода топлива, как в случае какой-нибудь “Короллы”. Настоящее техническое искусство, если хочешь!” Знаете, какой был его ответ? “Большинству китайцев это не может быть интересно по той причине, что мы никогда не сможем себе это позволить”. Это сказал образованный, учившийся несколько лет в Англии, человек. И это многое объяснило. Все эти феррари при отсутствии денег, лобзики и пинкфлойды – непрактичны. Не имеют отношения к повседневной жизни и потребностям. Поэтому интереса у китайцев и не вызывают.

Еще могу добавить, что, например, в бизнесе отношения с поставщиками частенько быстро становятся совершенно неофициальными. После обсуждения деловых вопросов, за обеденным столом, разговоры часто идут о детях, о бытовых моментах, увлечениях — о чем угодно. Но в такой ситуации мое упоминание, например, о том, что я на тридцать восьмом году жизни купил пианино и пытаюсь учиться играть, или брал уроки живописи «просто так», не будет хорошим способом поддержать беседу. Желание показать свою «человеческую сторону личности» и сблизиться с китайцами, выраженное в такой форме, в их глазах будет выглядеть как глупое лаовайское, то бишь «иностранское», чудачество. Особого вреда такие жизнеописания, разумеется, не принесут, но сближению точно не помогут, так как такого рода увлечения в их глазах выглядят весьма нелепо для серьезного человека…

Вышеописанные черты китайского менталитета, на основании моего опыта — пожалуй, основные из тех, что мешают иностранцам в нахождении общего языка с китайцами. Есть, пожалуй, множество и других факторов, которые влияют на то, что китайский и европейский менталитет часто не находят точки соприкосновения, но описанные мною, скорее всего, самые серьезные. По крайней мере, лично для меня.

Но что же такого произошло в истории китайской цивилизации, что на выходе мы получили общество, в котором такие, весьма ценные черты, как трудолюбие и прилежание, соседствуют со столь сомнительными добродетелями, как тотальный моральный нигилизм вкупе с узостью мышления и гипертрофированным самомнением?

Про самомнение современных китайцев я упомянул несколько вскользь, но как раз здесь ларчик с первопричинами открывается достаточно просто.

Китай на протяжении большой части истории находился в положении нищего государства, раздираемого на части как внутренними конфликтами, так и весьма агрессивными соседями, притеснявших, мягко говоря, не отличающихся храбростью и героизмом, китайцев, кто во что горазд на протяжении сотен лет.

Ни сильной экономикой, ни военными победами, ни внешнеполитическим влиянием похвастать Китай не мог в течение значительной части своей истории. В двадцатом веке ситуация усугубилась еще сильнее из-за унижение от войн и гуманитарно-экономической катастрофы, связанной с пришедшим к власти маоистским режимом.

На фоне такого «бэкграунда» экономический рост, начавшийся в конце прошлого века и спровоцировавший рост национального самосознания, слишком уж резко качнул маятник общественного и индивидуального самомнения в противоположную от самоуничижительного, сторону.

На государственном уровне сегодня это выражается, в частности, в реваншистских настроениях по отношению к Японии. А на уровне индивидуумов, тоже в частности, приводит к быстро меняющемуся отношению к иностранцам от подобострастного к до неадекватности самоуверенному. Добавим расхожее мнение китайцев об иностранцах, как о варварах, мало понимающих китайскую специфику – и вот вам результат.

Стоит заметить, что, с одной стороны, китайцы вполне правы относительно непонимания иностранцами этой самой китайской специфики. Но в то же время почему-то забывают или не знают о том, что, например, основные законы бизнеса одинаково работают в любой стране и среде вне зависимости от расы и менталитета аборигенов. Только вот доказать это стандартному китайцу – задача невыполнимая.

Здесь остается только надеяться на то, что данный маятник через какое-то время вернется из крайнего в некое среднее положение, потому как резко растущие государственные амбиции и государственное самомнение чреваты опасным отрывом от реальности. Учитывая пока что небольшой опыт Китая в межгосударственном сдерживании, балансировании и перманентном поиске компромиссов на уровне приблизительно равных по силе ядерных держав, это может привести к серьезнейшим межгосударственным конфликтам.

Ответы же на остальные вопросы о природе китайского менталитета можно найти, если немного углубиться в китайскую историю.

По моему мнению, ключевую роль в формировании современного китайского менталитета сыграли три явления – иероглифика, конфуцианство и культурная революция.

Давайте остановимся на каждом явлении чуть подробнее.

Иероглифика.

Для тех, кто совершенно с ней незнаком, я немного поясню. Иероглиф невозможно прочесть, как слово. Его надо знать. Причем знание иероглифа подразумевает два «знания»: знание того, как он читается и знание того, что он обозначает, так как звуковое прочтение иероглифа совершенно не подразумевает, что вы поймете его значение. Вследствие бедной фонетики китайского языка одной и той же фонетической конструкции могут иногда соответствовать десятки иероглифов с совершенно разными значениями.

Есть небольшой процент иероглифов, значение которых можно понять по «ключам» — составляющим элементам иероглифа или угадать (без понимания значения и не зная тона, как правило) по аналогии с похожим иероглифом. Но, в общем и целом, иероглифы просто надо знать. То есть просто учить. А точнее – зубрить, потому как в подавляющем большинстве случаев логики в написании иероглифа нет.

Когда вы задумаетесь, каково это, по сравнению с нашим алфавитом, зазубрить требуемые 3-5 тысяч иероглифов, каждый из которых является непростым сочетанием черт и ключей, то поймете, насколько сильно система образования Китая должна быть заточена на зубрежку. Ведь логика и здравый смысл, (то есть то, на что делается упор в европейской системе образования), при заучивании иероглифов помочь не в состоянии. А чтение, как вы понимаете — основа всего.

Если же вы хотите читать не только газеты и простенькую современную литературу, но и трактаты, написанные сотни или тысячи лет назад, то количество иероглифов, которое вам предстоит выучить, возрастет тысяч эдак до 20-30. Ну а общее их количество превышает 80000. В общем, зубрите, господа, зубрите.

Иероглифика – основополагающая причина того, что китайское образование фундаментальным образом базируется не на логике и аналитическом мышлении, а на механическом запоминании. Любая логика и фантазия для запоминания иероглифов просто вредна и может привести к ошибке.

Вот только «зубрильный» подход с раннего возраста глушит в ребенке любопытство, тягу к фантазиям и рассуждениям. Заменяя все перечисленное механическим заучиванием.

«Иероглифический фундамент» я, надеюсь, обрисовал. Another brick in the wall – конфуцианство.

Вы глубоко неправы, если считаете, что конфуцианство осталось где-то в далеком прошлом китайской истории. Оно совершенно явно прослеживается во всех аспектах жизни современного Китая.

Вообще-то говоря, я долго не понимал, почему столь неоднозначная личность, как Конфуций, так сильно превозносится и до сих пор имеет огромное влияние на китайскую культуру, ценности и, в конечном итоге, менталитет. Причин нашел две.

Первая — китайская культура вообще исторически бедновата светилами научной и философской мысли, особенно учитывая то, что населения Китая всегда сильно превосходило население Европы. Конфуций да Лао Цзы вкупе со своим последователем Чжуан Цзы — много ли других китайских философов мировой величины вы назовете без особых раздумий? И это за всю, якобы пятитысячелетнюю, историю. Пожалуй, на столь малоплодородном фоне Конфуций действительно может рассматриваться как что-то выдающееся.

Вторая, и пожалуй, основная причина популярности учения Конфуция в Китае в том, оно самым гармоничным образом укладывается на описанный мною «иероглифический базис» и является его прямым продолжением. Ведь по большому счету, его учение базировалось на том, чтобы избавить подданных от любого рода нежелательной самостоятельности — как в мышлении, так и в поведении.

Для обычного европейского жителя Конфуций – весьма расплывчатая фигура некого древнего китайского мудреца. Кто-то, из «продвинутых», вспомнит его «Беседы и суждения». Еще меньше людей знают, что практически всю свою жизнь Конфуций посвятил не написанию философских трактатов и научным трудам, а разработке ритуалов и правил поведения подданных в любых жизненных ситуациях. Собственно учение же его, с точки зрения философии, особенно современной, весьма противоречиво и изобилует пространностями типа «Быть правителем тяжело, но нелегко быть и подданным».

Ну и совсем уж малоизвестным фактом для западного обывателя являются достижения Конфуция-практика. А жаль. Потому как именно по практической деятельности Конфуция мы можем судить, какой именно смысл он вкладывал в свои трактаты. Конфуций лишь единожды и ненадолго получил серьезную должность министра внутренних дел при правителе Янь Хуэе, хотя и был весьма амбициозен и пытался устроиться на высокопоставленную должность всю свою жизнь как до, так и после этого.

Квинтэссенцией его деятельности стал свод законов, регулирующий каждый чих подданных. Чтобы вам оценить этот шедевр, могу отметить, например, то, что во времена Конфуция-министра мужчины и женщины вынуждены были ходить по разным сторонам улицы, а за фасон одежды вне установленных правил полагалась смертная казнь.

Стоит ли говорить о том, что в основном суть конфуцианства сводилась к механическому заучиванию правил, нормативов и ритуалов? А о том, чтобы подвергнуть сомнениям мнение учителя или попытаться проявить самостоятельность в суждениях, и речи быть не могло?

Теперь, уверен, и вы можете провести параллель между иероглификой и конфуцианством. Гармоничное сочетание, что ни говори.

Очень важная деталь состоит том, что в умах подданных учение Конфуция совершенно явным образом стояло и стоит на страже государственных интересов. «Безропотно выполняй свои общественные обязанности, безропотно выполняй свои личные обязанности» — какому правителю будут не по душе подобные конфуцианские правила для подданных? Благодаря подобным изречениям учение и заслужило поощрение власть предержащих на протяжении двух с половиной тысяч лет, дотянув до наших времен.

Для сравнения, появившееся приблизительно в то же время, учение Лао Цзы, являющееся, в отличие от конфуцианства, абсолютно полноценным философским и религиозным учением (причем гораздо более гармоничным и менее противоречивым), получило гораздо меньшее распространение. Даосизм в самой своей сути содержит немалую долю антигосударственности и даже асоциальности, ставя во главу угла недеяние как отказ от преобразующей природу деятельности. Чем и заслужил неприятие власти на протяжении практически всего своего существования. С точки зрения правителей, в отличие от конфуцианства, даосская философия была чрезмерно созерцательной, парализующей волю к борьбе и подрывающей общественную нравственность и моральные устои государства.

Конфуцианство же пришлось ко двору и идеально вписалось в китайскую культуру и с государственной, и с «иероглифической» точки зрения.

Третье и заключительно явление – Мао и Культурная революция.

Здесь все было просто. В том плане, что разрушать что бы то ни было всегда не сложно. А за времена культурной революции Мао разрушил много. Была уничтожена интеллигенция. Были уничтожены общественные организации (даже профсоюзы). Закрыты книжные магазины (разрешалось продавать только цитатник Мао) и театры. Репрессиям подверглись самостоятельно думающие люди. Были запрещены книги, спорт и искусство.

Даже времена культа личности Сталина не нанесли столь разрушительного удара по культуре и науке СССР, как это сделал «Великий кормчий» в Китае. Если Сталин и прошелся огнем и мечом по культуре, то хотя бы не уничтожил ее на корню, предоставив возможность существования в рамках «социалистического реализма». Культурные ценности предыдущих поколений также были худо-бедно сохранены, театр и балет — реформированы, а не уничтожены. Наука, сплотив свои поредевшие ряды, но сохранив свою институциональность, была отправлена на службу социалистическому государству.

Но пример «Большого брата» для Мао был не указ. Уничтожение культурных ценностей и всего, как-то связанного с «буржуазными пережитками» было возведено хунвэйбинами в ранг первостепенной важности. И в этой области они сумели достичь существенных высот, устроив геноцид и хаос и за считанные годы превратив страну в культурную пустыню.

Это был серьезнейший удар по культуре и образованию. Были уничтожено как само культурное наследие, так и носители нематериальной составляющей этого наследия — интеллигенция, бывшие феодалы и духовенство.

Как такая чистка сказалась на среднестатистическом уровне культуры и интеллекта — представить не сложно.

Так что же мы наблюдаем в настоящий момент в китайском обществе? «Иероглифический» подход к образованию в совокупности с до сих пор процветающим и пропагандируемым конфуцианством, как великим достижением китайской культуры, отсекли от древа китайского общества все «ненужное».

Под «ненужным» подразумевалось ненужное любопытство и ненужные фантазии, чрезмерно широкий ненужный кругозор, ненужное аналитическое мышление, ненужная способность независимо мыслить и ненужные попытки действовать нестандартно. Невзирая на то, что именно эти «ненужности» являлись двигателем человечества на протяжении всего его существования.

Поэтому до культурной революции китайское общество визуально представляло собой некий ровненький столбик, без непозволительных отклонений влево или вправо в виде вредной любознательности, желаний мыслить не так, как все и прочих ответвлений от прямолинейного конфуцианского идеала китайского жителя. Но столбику, по крайней мере, было позволено расти вверх внутри заданных рамок. Расти интеллектуально, хоть и в жестко заданном направлении.

Но рост этот был возможен только до прихода «Великого вождя». Придя к власти, Мао, в один момент, своей культурнореволюционной пилой срезал всю интеллигенцию, радикально подровняв этот столб китайского общества сверху. Фактически, превратив его в пенек.

И вот именно этот культурологический пенек мы и наблюдаем сегодня в Китае. Наблюдаем общество, веками искореннявшее «ненужные» отклонения вправо и влево, весьма в этом преуспевшее, а затем махом уничтожившее то единственное, благодаря чему оно имело хоть какую-то возможность развиваться — людей, обладавших интеллектом и независимым мышлением.

Иероглифика. Кофуцианство. Культурная революция. Вот они, три компонента современного китайского ментелитет-коктейля. Добавьте в него основу — многовековую сильнейшую внутреннюю социальную конкуренцию в связи с перенаселенностью и нехваткой любого рода ресурсов — и можно подавать к столу.

Как будет выглядеть общество полуголодных, принужденных к жесткой борьбе друг с другом за кусок хлеба, людей? И не просто людей, но людей, у которых нет «интеллигентных» способов конкуренции в виде возможности проявить свой IQ, нестандартные подходы, оригинальное мышление и тем самым немного вырваться вперед в гонке на выживание? Такое общество будет выглядеть весьма непривлекательно. Первое, что отмирает в таком обществе — это восприятие соседа как своего ближнего. Сосед — это конкурент. А если речь идет о последней чашке риса — то и враг. Уважение и прочие человеческие эмоции в отношении врагов и конкурентов сделают тебя слабее. Надо идти по головам, иначе ты сам окажешься внизу и не выживешь. Поэтому хождение по головам и, на генетическом уровне сформированная привычка пытаться обойти ближнего во всем, даже в мелочах типа очереди — это просто средство выживания. И именно поэтому никакой агрессии у китайцев нет. Потому как агрессия иррациональна, то бишь вредна для выживания.

Пост-культурнореволюционное китайское общество — это общество нелюбознательных, рамочно мыслящих людей, культурно и интеллектуально обескровленных и характеризующееся моральным нигилизмом по отношению к себе подобным.

Так чего же мы хотим от такого общества? Мы хотим человеколюбия, благородства, уважения к себе подобным и заботы о природе? Да вот только психологи утверждают, что человек полностью формируется в возрасте до шести лет. И как бы ни изменился Китай внешне за последние десятилетия, самая активная часть его населения — это до сих пор выходцы из того самого постмаоистского Китая.

Посмотрите на нас, «рожденных в СССР». Никакими катаклизмами не выбить из нас того, что было заложено в самом гуттаперчевом возрасте. И китайцы здесь не исключение.

Безусловно, время идет и все меняется. Совершенно очевидно, что Китай в настоящий момент движется в сторону общества, в котором уважение к ближнему не является чем-то исключительным, обусловленным, например, более высоким статусом последнего, а является общепринятым негласным жизненным правилом.

Рост благосостояния, сопровождающий экономический рост, серьезно ослабляет внутреннюю конкуренцию (борьба за единственный кусок хлеба не в пример острее борьбы за кусок хлеба с маслом при свободном наличии хлеба обыкновенного). Как следствие, члены такого общества начинают воспринимать окружающих не как соперников, а как, в первую очередь, людей. В области воспитания и образования в Китае процесс идет медленнее, ведь иероглифику никто не отменял, да и конфуцианский стиль преподавания к пересмотру не планируется. Да и политика одного ребенка в семье, плюс ко всему, породила поколение самоуверенных и самовлюбленных эгоистов. И, тем не менее, по моему ощущению, и здесь какие-то изменения происходят.

Другое дело, что все эти изменения в масштабе такой страны, как Китай и в такой глобальной сфере, как изменение самосознания целой нации, не могут произойти быстро. Заметные изменения произойдут со сменой поколений, да и то при условии, что темп и курс этих изменений сохранится.

Ну а пока, на протяжении, как минимум, нескольких десятилетий, мы продолжим сталкиваться с этими особенностями китайского мышления и поведения, которые, мягко говоря, европейского человека в состояние эйфории не вводят.

Но, по крайней мере, «Предупрежден — значит, вооружен». А что и как изменится со временем — поживем-увидим.

В сокращенном и «политкорректном» варианте статья была опубликована в журнале «Профиль» №861 (20) от 26.05.2014. Здесь выкладываю ее в изначальном виде.

Менталитет китайского народа в бизнесе и отношениях

Отношение к жизни, деловым отношениям и взаимодействию в обществе у китайцев практически прямо противоположное, чем у европейцев или американцев. Это отражается на каждом действии жителя Поднебесной. По заверениям всех бизнесменов и тех, кто жил в Китае, понять их менталитет тяжело. Он настолько разнообразен и многогранен, зависит от религии, исторической памяти и устоявшихся традиций.

Отношение в социуме

Менталитет китайского народа ярко проявляется при взаимоотношениях внутри коллектива, предприятия, семьи. Главное отличие – каждый китаец имеет множество личностных связей с другими людьми. Это прямые и непрямые родственники, коллеги, партнеры, друзья, соседи. Они все постоянно взаимодействуют между собой. Для китайца нормально иметь множество знакомых людей, с помощью которых он может сделать практически что угодно. В предпринимательстве обширные связи очень помогают. Китаец никогда не будет брать кредит в банке, если есть возможность одолжить у знакомого или родственника. Точно также они охотно дают деньги в долг. При помощи своих связей они решают вопросы и проблемы, продвигают бизнес интересы и находят партнеров.

В Китае не принято выделять себя из общности. Исторически сложившийся коллективизм отодвигает интересы индивида на задний план. Этим можно объяснить участие жителей в ликвидации последствий стихийных бедствий, в постройке промышленных и экономически-выгодных объектов, в развитии сельского хозяйства.

В плане бизнес отношений китайцы придерживаются этих же принципов. Для них важно, чтобы компания развивалась. Себя они воспринимают, как часть механизма и порой готовы жертвовать личной выгодой на благо великой цели.

Взаимоотношения

Согласно религиозным течениям, которые развиты в Китае, существует вертикальная плоскость взаимоотношений «старший-младший» или «начальник-подчиненный». Менталитет Китая в данном плане весьма показателен. Начальник или директор обладает непререкаемым авторитетом среди работников. Его указания выполняются беспрекословно. Даже, если начальник младше подчиненного, отношение к нему не изменится. Такая же тенденция наблюдается в семейных отношениях. Дедушки и бабушки почитаются, как хранители семейных ценностей и традиций. Забота о них ложится на плечи детей и внуков.

Отметим, что при деловых переговорах, важно понимать, кто принимает решения и является непосредственным начальником. Ведь можно все детали и нюансы обсудить с нижестоящим представителем, а потом обнаружить, что его начальник не собирается соглашаться на ваши условия.

Отношение к иностранцам

Исторически сложилось, что китайцы считают свою страну центром мира, а остальные народы – это «варвары», которые не достигли уровня развития и понимания мироздания. В последние десятилетия отношение немного изменилось, и Китай перенимает лучши

Китайский менталитет и особенности делового этикета | ChinaLogist.ru

Не секрет, что Китай — мировая фабрика всего на свете. Каждый пятый человек на планете — китаец. Как бы его ни ругали, ни критиковали в поисках лучших условий сотрудничества, люди всех стран изучают его культуру и язык, пытаются понять образ его мышления.

Как расположить к себе китайских партнеров и добиться наилучших условий сотрудничества? Как правильно вести себя во время деловых переговоров и неформальных встреч? К сожалению, немногие бизнесмены задаются этими вопросами и обычно, приезжая в Поднебесную, «приходят в монастырь со своим уставом». Как правило, это приводит к излишним временным и материальным затратам, поскольку китайская сторона, несмотря на все уверения о «долгом сотрудничестве и взаимном обогащении», воспринимает иностранных гостей как оппозиционную сторону.

Статья посвящена «таинственной китайской душе», и направлена на то, чтобы сформировать у читателей представление, что же может происходить в голове у китайского партнёра во время переговоров и совместного ведения бизнеса. Для этого попытаемся копнуть чуть глубже и понять суть китайского менталитета.

В современном Китае по-прежнему очень сильно влияние традиционной культуры, которая базируется на основах натурфилософии (учения об Инь и Ян, космологии), даосизма, буддизма и, конечно, конфуцианства.

В конфуцианстве очень большая роль отводится учению о «ли» (этикете). Этикет-ли, по мнению Конфуция, должен был формировать гармоничные отношения между людьми (гуаньси), регулировать поведение человека в разных жизненных ситуациях. Ли, помимо многого другого, нор­ма поведения в семье, правила отношений подданных и государя, бережного отношения к традициям, доминирования интересов группы над интересами личности, соблюдения положенных законов и ритуалов.

Напротив, одним из главных принципов даосизма является понятие «у-вэй» (неделание), смысл которого состоит в том, чтобы не мешать, не противодействовать законам Природы, уловить ритм дыхания Дао: «Небо и Земля бездействуют и все совершают». Высшая мудрость состоит в том, чтобы следовать обстоятельствам, быть способным к недеянию, несвершению, что и означает правильную деятельность. Другими словами, всё сделается само собой, в результате естественного хода закономерно обусловленных событий. 

Таким образом, правильное поведение, по мнению китайцев, должно сочетать в себе отсутствие суетливости, лишних телодвижений и при этом полное соблюдение всех правил поведения и обычаев (дабы не «потерять лицо» из-за своего невежества). Тогда Вселенная сама приведет тебя к нужной цели.

Китайская мудрость: Если кто-то сделал тебе плохо, не кидайся в бой и не спеши мстить, просто сядь на берегу реки и жди пока труп обидчика проплывет мимо.

Эту фразу приписывают китайскому стратегу и мыслителю Сунь-цзы, автору известного трактата «Военное искусство». Кстати говоря, именно его советы и стратагемы лежат сегодня в основе многих китайских деловых стратегий, систем планирования развития бизнеса, приемов обмана противника и многого другого. Ниже некоторые примеры этих стратагем.

«Спрячьте нож в улыбке» – принимайте противника как дорогого гостя и атакуйте исподтишка. «Пожертвуйте сливой ради персика» — уступайте в малом, чтобы получить большее. «Создавайте нечто из ничего» – делайте вид, что у вас есть власть, деньги, связи, чтобы добиться своей цели.

Одна из самых характерных черт китайского характера – ощущение древности своей истории, своей культуры и цивилизации. Они часто упоминают в каком веке была построена Великая китайская стена, когда жил Конфуций, кто первым изобрел компас, порох или колесо. Это дает китайскому населению ощущение внутреннего преимущества над другими нациями.

Традиционный Китай был довольно замкнутым государством: в представлении древних китайцев, их страна находилась в центре мира в горизонтали (по-китайски страна называется «Чжунго» — Срединное государство, а в Пекине даже есть место под названием «Пуп мира») и по вертикали, между Небом и Землей (отсюда и название Китая – Поднебесная).

Согласно древним представлениям китайцев Небо представляет собой круг, Земля – квадрат. Круг, проецируясь сверху на квадрат, оставляет незаполненными некоторые боковые, периферийные области. Китай находится «под небом», а варвары, незнакомые с культурой и ритуалами, в незаполненных областях.

В картине мира древнего китайца Поднебесная – окружающий человека мир, который представляет собой центр вселенной, государство с самой развитой культурой, и подчиняется власти китайского императора. Сам император является сыном Неба и отвечает за порядок в Поднебесной, включающей все народы и государства на земле. Весь мир за пределами Китая населен «варварами», к коим относились как северные кочевые племена (монголы, маньчжуры и т.д.), так и европейцы («заморские черти», «длинноносые», «облезлые»). Китайцев мало интересовал мир за пределами их страны, ведь там нет ничего интересного, ничего, что отсутствовало бы в их империи. Напротив, это варвары должны приезжать в Китай, привозить подарки императору и учить китайской культуре.

В области гостеприимства Китай никогда не был «страной за Великой стеной», он охотно распахивал свои двери перед иностранными торговцами, миссионерами, различными посольствами. При этом сам Китай вплоть до XIX века не держал своих посольств в других странах мира, поскольку расценивал это как знак уничижения. Наоборот, это иностранные посольства должны были приезжать в Китай.

Конечно, сегодня такое отношение к иностранцам можно наблюдать скорее в удаленных деревнях. Однако и у городских жителей глубоко в подсознании запечатано пренебрежительное отношение к законам и традициям других стран, что можно наблюдать в упорном, методичном игнорировании западных ценностей и продавливании своих интересов в политике, бизнесе.

Китай — родина товаров и продавцов

Одна из наиболее удивительных способностей китайцев — превращать что угодно в товар. Если вы обратились к китайцу с вопросом о каком-либо товаре, он будет считать это началом деловых отношений и обязательно найдет нужную вещь, ну или что-то очень похожее на нее, а потом будет продавать ее вам до посинения.

В иностранцах китайцы видят, в первую очередь, источник наживы. К сожалению, известен тот факт, что построить искреннюю дружбу с представителями этой нации довольно сложно, так как они всегда будут стараться получить от иностранца что-то полезное: выгодную сделку, бесплатную услугу или просто деньги.

При этом построение бизнеса с китайцами довольно длительный и непростой процесс. Во время переговоров, китаец может легко принимать какие-то принципиально важные условия сделки, а затем вдруг застопориться на какой-то мелочи. И какие бы аргументы вторая сторона не приводила, уговаривая уступить, китаец будет нелогичен и упорен, как будто он не видит и не слышит их.

Между тем, китайцы отнюдь не глупы, просто у них другая логика и тактика поведения. Они ставят перед собой цель и будут идти к ней любой ценой, иногда твердолобостью, иногда наоборот, изворотливостью и хитростью. Если вы покупаете у завода запасные части, но он дискредитировал себя срывом сроков поставки, и вот вы уже собираетесь от него уходить, то не стоит удивляться, что в последний контейнер погрузилось лишь 95% груза, а остальные 5% никак не входили и завод их заботливо доложит вам к следующему заказу.

Первый контакт

Итак, вы все же решились завязать деловые отношения с жителями Китая.

При встрече китайцы обмениваются рукопожатиями, но могут просто поклониться или кивнуть головой. Кланяются они от плеч, а не от пояса, как японцы. Старшим по возрасту отдается инициатива в приветствии. В разговоре следует использовать только фамилию и официальную должность китайца, если он не попросит называть его по имени, что происходит, как правило, после длительного знакомства и установления дружеских, даже приятельских, отношений.

При первой встрече не стоит сразу кидаться в бой, обсуждать цены, подписывать контракты. Проявите терпение и умеренность, дайте вашему будущему партнеру проявить себя, рассказать о своем предприятии, а также понять что вы за клиент. Не стоит показывать свою сильную заинтересованность, иначе вам никогда не выторговать хорошую цену. А зачем им делать вам скидку, если вы и так будете делать у них заказ?

Даже после короткого разговора не забудьте обменяться визитками, желательно чтобы одна сторона была на китайском или английском языке. Визитку стоит принимать двумя руками, несколько секунд посмотреть на нее, а потом бережливо убрать.

Переговоры

Как правило, переговоры с китайскими партнерами длятся очень долго, будьте готовы как минимум к трем встречам! Найти хорошего китайского партнера сложно, нормальные компании будут долгое время относится к вам с недоверчиво, пытаясь раскрыть подвох в вашем предложении, а затем обхитрить вас. Кроме того, в Китае остается большое количество профессиональных (и не очень) мошенников, поэтому имеет смысл воспользоваться услугами крупных консультационных и переводческих фирм, которые помогут вам грамотно построить диалог.

Из китайских хитростей можно отметить следующие: наигранное безразличие к делу, ведение пустых переговоров; упор на то, какие они «бедные и несчастные», какой это сложный труд — производить товары; затягивание переговоров с целью измотать противника и заставить принять свои условия; откровенная лесть и другие.

Не проявляйте излишние эмоции во время переговоров, будьте спокойны и вежливы. Проявив излишнюю радость, гнев или расстройство вы проиграете в глазах китайца.

Обычно они искусственно завышают цены, чтобы потом во время торгов придти к той цене, которая вполне реальна и им интересна. Как правило, фразы «очень дорого, мы хотим дешевле» не очень действенны. Поэтому изучите заранее рынок интересующих вас товаров, цены на сырье и т.д., чтобы у вас были аргументы для сбрасывания цен. Давите на то, что вы ищете постоянного партнера и хотите долгих лет сотрудничества.

Неформальное общение

Китайцы очень гостеприимны, порой, окутанные заботой восточных хозяев, иностранные гости даже забывают цели своей поездки. Никогда не отказывайтесь от первого приглашения на обед или ужин. Это неотъемлемый ритуал, если его не соблюсти, то вы оскорбите своего партнера. А вот от последующих приглашений можно мягко отказаться, разумеется, по уважительной причине.

Китайцы крайне редко приглашают к себе домой в гости, скорее вас позовут в ресторан. Во многом это объясняется, во-первых, традицией не водить чужаков к себе домой, во-вторых, тем, что многие китайцы стесняются скромности своих жилищ. Естественно, вам, возможно, захочется посмотреть, как живет китайская семья. Вы можете осторожно намекнуть на это, но особо не настаивайте – вы вторгаетесь в самые интимные сферы внутренней жизни китайцев.

Во время официального ужина садитесь, куда вам укажут. Китайцы всегда рассаживают всех согласно должности, при этом иностранцев стараются чередовать со своими. При этом место лицом к выходу самое почетное. Когда вынесут все блюда, глава стола позаботится о вас и наложит вам всего понемногу. Ни от чего не отказывайтесь и попробуйте хотя бы чуть-чуть. Кроме того, когда вам наливают выпивку, стакан следует слегка придержать рукой, а если вам наливает хозяин, то стакан надо приподнять над столом. Столь любимая русскими привычка китайцев — пить до дна (ганбэй), вовсе не обязательна для исполнения, вы можете отпить сколько вам хочется, а потом просто не ставить бокал на стол, тогда вам никто ничего не скажет.

Во время ужина вам скорее всего предложат выбрать блюдо из меню, выберете что-нибудь необычное, например шипящую сковородку, за смелый выбор ваши китайские партнеры одобрительно посмеются. 

Когда вы будете прощаться (после успешного завершения переговоров или ужина), не забудьте подарить подарки китайской стороне, причем выбор подарка должен быть очень серьезным. Желательно оставить на память что-нибудь всем участникам китайской делегации: это могут быть сувениры с логотипом компании, матрешки, книги с фотографиями России, российский шоколад (в Китае почти нигде нет шоколада). Руководителям и их помощникам можно подарить хороший алкоголь, функциональные подарки (электрочайник, расписанный под хохлому, теплую одежду, чтобы носить «когда приедете в Россию», дорогую ручку). Вручать подарок, как и принимать, следует двумя руками, со всеми вниманием к содержимому. В ответ вам также вручат, скорее всего, китайский чай или предмет искусства. Если ж вам ничего не подарили, то это плохой знак.

Рекомендую вам запомнить эти немногие хитрости, и вы уже будете по-другому воспринимать общение с жителями Поднебесной.

Для иностранцев Китай — это не только другая страна, но и другой мир. Поведение и поступки китайцев порой кажутся нам совсем лишенными смысла, однако за ними просто стоит своя, другая логика. Она основана на древних традициях, не лишенных определенных предрассудков и суеверий.

Китайцев можно воспринимать по-разному: не доверять, иронизировать, порой раздражаться… И все же, если вы хотите иметь хорошие деловые контакты в Китае, надо уважать народ этой страны, руководствуясь при этом известным житейским принципом: относись к другим так же, как ты хотел бы, чтобы относились к тебе. И тогда удача в делах будет сопутствовать вам, без всяких «феншуев».

Хотите узнать ещё больше о культуре и деловом этикете Китая? Рекомендую к прочтению эти книги:

  • Бычкова Т.А. Культура традиционных обществ Китая и Японии. Издательство ТГУ, 2002 г.
  • Маслов А.А. Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения. — М.: Рипол Классик, 2010 г. — 288 с.
  • Васильев Л.С. Культы, религии, традиции в Китае. — М.: Восточная литература, 2001 г. — 488 с.

Антропосфера. Современное общество, политика и наука.: Особенности китайского менталитета

Согласитесь, национальный характер определяет не только поведение представителей какого-либо народа, но и во многом формирует основы его внешней политики. Знание и понимание характерных черт менталитета позволяют правильно оценивать ситуацию, делать выводы, а также интерпретировать и предугадывать те или иные действия со стороны рассматриваемого государства. В предыдущей статье была вскользь затронута тема миропонимания китайцев. Вопрос очень интересный, обширный и, безусловно, заслуживающий более подробного анализа.

Столь своеобразный менталитет китайцев сложился в результате влияния многих факторов: изоляции от внешнего мира, специфической письменности, тяжелых условий ведения сельского хозяйства, религиозных и философских учений. Какие же основные черты национального характера жителей «Поднебесной» можно выделить?

Замкнутость. Склонность к интроверсии проявляется у китайцев на самых различных уровнях: от личностного до государственного. Дурным тоном считается открытое проявление эмоций, более того, они подменяются сложным комплексом этических ритуалов, что в глазах европейца может выглядеть как лицемерие. Если один человек встречает другого, оба должны показать друг другу свое глубокое уважение. Каждый обязан дать знать, что считает другого развитым и образованным человеком, даже в том случае, если они прекрасно понимают, что это не соответствует действи­тельности. Во время разговора один на один с малоизвестными людьми китаец ведет себя специфически: сохраняет неподвижными положе­ние лица и тела, сидит прямо, выгнув спину, не шевелится со­всем, только губы слегка движутся, а голос приближен к шепо­ту. Очень громкий разговор считается попросту неприемлемым. Лицо остается беспристрастным или выражает елейность. Китайцы избегают смотреть прямо на собесед­ника, потому что по их представлениям так делают только вра­ги или ненавидящие друг друга люди. Очевидно, именно эта черта национального менталитета сохраняла Китай закрытым от внешних связей на протяжении большей части его истории. Неприхотливость. Китайцы широко известны как малоприхотливые люди. Ис­покон веков они довольствовались тем, что имели, стараясь добыть минимум для пропитания в условиях тяжелой борьбы за существование. Оказала свое влияние и конфуцианская идеология, ориентировавшая сознание людей не на прелести загробной жизни, а на довольство минимумом в повседневности. Она учила их видеть социальный идеал не в удовлетворении ши­роко возникающих потребностей, а в достижении счастья с тем, что имелось. Простые китайцы привыкли считать, что счастье зависит не от внешних обстоятельств, а от них самих. В резуль­тате неприхотливость, умеренность, приспособляемость, стали целым комплек­сом взаимосвязанных черт их национального характера. «Рис и овощи для еды, вода для питья, да голова на плечах — вот, что необходимо мне для счастья». Конфуций.

Склонность к простым логическим конструкциям. Образ мышления китайцев можно назвать практическим, чу­ждым ненужным сложностям. Китаец, как правило, отдает пред­почтение простым интеллектуальным построениям как наиболее доступным и рациональным для запоминания, жизни и деятельности. Он очень редко руководствуется абстрактными принци­пами, его логика отличается высокой предметностью, показате­лем чего являются, например, пословицы и поговорки. «Не забывай прошлого, оно учитель будущего». «Пришло счастье — будь бдителен; пришло горе — будь стоек», — гласит китайская мудрость.

Предприимчивость. «Они питались поначалу одной рыбой, откладывая каждую иену, которую приносит про­фессия парикмахера, повара или портного, — описывает японский профессор Хаясэ адаптацию китайца к условиям жизни в Японии. — Когда средств хватало на старенький велосипед, они приобретали его, и кто-нибудь из семьи превращался в бродячее торговца. Второй ступенькой становился подержанный мотоцикл. На этой стадии китаец делается более уверенным в себе и даже становится агрессивным. Он уже старается не просто продавать что-нибудь, но и ссужать деньги, товары в долг под проценты. Он обрастает постоянными потребителями и заводит на них бухгал­терскую книгу. Если у него находился родственник или близкий приятель, которые уже миновали эту стадию развития, ему уда­ется получить у них взаймы какую-нибудь сумму для приобре­тения лавочки. Потом он превращается в оптового торговца, которым безденежные люди предпочитают расплачиваться эквивалентами своего труда или сельскохозяйственной продукцией. Расширяя свою предпринимательскую деятельность, китаец приобретает участок земли и строит на ней фабрику, нанимает работников». По этой причине в большинстве стран Юго-восточной Азии оптовая и розничная торговля, а также импорт­но-экспортные операции сосредоточены в руках китайских эмигрантов. Китайцы владеют 30% капиталов Малайзии и Сингапура, 30% служащих Малайзии — китайского происхождения.

Коллективизм. Сложные климатические и природные условия страны, осо­бенно необходимость строительства ирригационных сооружений для защиты от стихийных бедствий, а также связанная с этим необходимость тяжелого, титанического труда обусловили ту исключительную роль, которую всегда играли в стране община и коллективный труд. В результате у китайцев сформировались и всегда очень ярко проявляются такие национально-психоло­гические качества, как жесткая дисциплина, высокая степень зависимости индивида от группы, специфическая сплоченность на основе четкого распределения ролей, высокая степень доверия к мнению группы, а также особый характер сочувствия и пережи­вания, проявляющиеся в межличностных отношениях.

Прагматичность. Ограниченность в ресурсах еды, полезных ископаемых, земли выработала в китайцах гипертрофированную бережливость, прагматизм и расчетливость. Прагматичный китаец рассчитывает до малейших деталей наиболее экономный путь для достижения своей цели. В условиях постоянного недоедания выросли поколения, которым было важно не тратить лишнюю энергию.

Мифологизированный полководец Чжугэ Лян, описанный в китайском аналоге «Войны и мира», книге «Троецарствие», совершает, по мнению китайцев, поступки, достойные подражания. Своеобразие моральных устоев жителей Поднебесной может подчеркнуть эпизод, описывающий бегство отряда Чжугэ от преследующих его врагов. На ночь преследуемые, уставшие и голодные воины находят убежище в доме владельца придорожной харчевни. На следующий день бедняк и его семья, поделившиеся с Чжугэ Ляном последней едой, будут убиты его солдатами. Чжугэ принимает такое решение из опасения, что преследователи, допросив его благодетеля, смогут узнать направление движения отряда Чжугэ. Союзник — временно выгодный партнер, в понятии китайских стратегов. Получив все выгоды от дружбы с СССР, китайское руководство поспешило объявить о своих претензиях к нашей стране. Нынешнее состояние российско-китайских отношений базируется на определенном балансе взаимных интересов.

Жестокость. По мнению многих этнопсихологов, ввиду жесткого подавления индивидуального начала и строгих норм поведения у представителей азиатских народов, и у китайцев в частности, накапливается большое количество внутренней агрессии. Так описывает свои наблюдения одна наша соотечественница, прожившая несколько лет в Китае: «Если вы встретите улыбающегося китайца, не думайте, что он вам искренне улыбается или сердце этого человека переполнено радостью. Это может улыбка вежливости, и это может быть улыбка зависти. А иногда от улыбки до агрессии и непонятной жестокости – один шаг. Что это такое, я испытала на личном опыте, когда жила с семьей в Китае, где не раз наблюдала, как мило улыбающиеся люди могут безжалостно убивать редких диких или собственных домашних животных: так, китайские дети, просто играя, замучивают до смерти стрекоз, удивительных по красоте бабочек, лягушек, маленьких утят, черепах, – и тоже с улыбкой на лице. В Китае не услышишь пение птиц по утрам ни в редко встречаемых лесах, ни в многочисленных городских парках. Там — птиц нет! Это сразу режет слух: ведь невозможно, так непривычно жить без голосов птиц! Все, что можно есть, в Китае едят, поэтому в лесу нет птиц…как и многих животных. Воспринимаемая нами жестокость, как абсолютная, по отношению к животным в Китае считается нормой китайского быта и не противоречит ни окружающей действительности, ни внутренним убеждениям каждого китайца — ведь все так делают, тем более : животные существуют для потребностей человека, в частности, для его желудка.

Отчего китайцы бывают часто жестоки к незнакомым людям, особенно к беспомощным людям , и совершенно безжалостны к преступникам? Почему уступчивы, вежливы, безмерно почтительны к своим родителям и близким родственникам?.. Это — вопросы к психологам. За несколько лет жизни в Китае я не нашла ответы на эти и на многие другие вопросы о противоречиях в характере и психологии китайского народа, о скрытых для нас корнях многих непонятных привычек и ритуаолов …

2 января 1998 года мы с мужем возвращались из велосипедного магазина, где только что купили тандем, после того, как в новогоднюю ночь на велосипедной стоянке у дома у нас украли два велосипеда. Во дворе столпилась огромная толпа китайцев, казалось, все жители дома, в котором мы жили, вышли на улицу. Слышались ругань, детский плач. «Что такое?..»– спрашиваю мужа. «Не знаю…» – напряженно отвечает. Подошли ближе. Мужчина средних лет, лицо в ссадинах и кровоподтеках, белая рубашка в крови, заплывшие веки, глаза с трудом открываются; руки заведены за спину и туго обмотаны колючей проволокой и – все та же китайская, неповторимая, улыбка!.. Но уже– с просьбой о прощении и мольбой о помощи. Увидев иностранцев, мужчина оживился, заулыбался совсем по-американски, привычно принимая нас за американцев. ( Мне показалось, что в его сердце затеплилась хоть какая-то надежда на спасение и желанную свободу.) Оказалось, поймали вора велосипедов. Толпа заметив нас. несколько нас оживилась, но потом снова переключилась на беднягу. Причем, женщины били пойманного вора чаще и более пристрастно, шумно ругались. Полицейский стоял в стороне, давая разобраться народу с задержанным так, как людям хотелось. Мы с мужем были единственные из присутствующих , кто сочувствовал несчастному вору. Однако, при всем желании мы никак не могли ему помочь, да и не имели права. Я чувствовала, что толпа, точно, что-то ждет от нас. Вдруг я с ужасом увидела в глазах китайских женщин ненависть, непонимание, презрение – и к себе тоже. Китаянки встали вокруг меня со трех сторон, размахивали руками, иногда в порыве гнева одна из женщин -случайно или неслучайно- больно задевала меня своими руками, а особенно агрессивные — до хрипоты в голосе, перебивая друг друга, кричали: «Этот вор украл ваши велосипеды…Скажите – офицеру! Скажите!»

Письменность. Как было сказано выше, не последнюю роль в формировании психологического портрета китайцев сыграла письменность. Во-первых, язык изолировал их от других людей и за 5 тысяч лет создал огромные различия между Китаем и всем остальным миром. Во-вторых, существует зависимость между письменным китайским языком и мышлением жителей этой страны. Иероглифы в некотором смысле защищают Китай от вторжения чужой культуры и навязывания зарубежных традиций. Иностранные слова, записанные при помощи иероглифов, приобретают новое содержание. Так, название американского напитка «кока-кола», записанное при помощи 4 иероглифов «ке коу ке ле», буквально переводится как «можешь рот, можешь радость». Зависимость между китайским мышлением и письменным языком хорошо можно продемонстрировать при помощи передачи китайскими иероглифами слова «братство». Для русского это слово означает «родственные отношения, общность, дружба». Китайцы передают на письме это слово при помощи двух знаков — «старший брат» и «младший брат». В их понимании это подчиненные отношения, при которых младший брат зависит от старшего. Поэтому в период советско-китайской дружбы оказаться в положении «младшего брата» для китайцев было оскорбительно. Китайцам не нравилось то, что СССР занимал более высокое положение по сравнению с одной из древнейших стран мира.

Не такие, как мы. Китайская ментальность — зеркальное отражение менталитета европейцев. «Система программного обеспечения» в голове китайца работает как бы наоборот. Белая стрелка в компасе китайцев показывает на юг, порядок слов в китайском предложении прямо противоположен порядку слов в большинстве языков мира, китайский цвет траура — белый. Поведение китайца также является практически полной противоположностью поведению европейца. Китайская вежливость — это в нашем понимании «антивежливость». То, что европеец воспринимает как галантность, для большинства китайцев простой расчет. Китаец, приглашающий вас войти в помещение первым, предполагает, что вы уступите ему это право. Зачастую китайцы воспринимают и истолковывают действия иностранцев по-своему. Классическим подтверждением этому может явиться интервью, данное Мао Цзэдуном американскому журналисту, о том, как в 1950 году ему прислуживал лично И.В. Сталин: во время визита в Москву, на котором китайский лидер вымаливал у советского руководства помощь (в том числе и в создании китайского ядерного оружия), на «ближней даче» Сталин, выполняя роль гостеприимного хозяина, лично подал Мао чай и перед сном застелил ему постель. Эти действия Мао Цзэдун затем истолковал как стремление советского руководства услужить Китаю, а лидера величайшей страны, разгромившей фашизм, представил как своего личного денщика.

 Китай — давний сосед России на Дальнем Востоке. История взаимоотношений между нашими странами насчитывает порядка 350 лет, за это время были как периоды мирного сосуществования, так и поры противостояния и конфликтов. Для того, чтобы правильно оценивать ситуацию и определять приоритетные направления внешней политики по отношению к Пекину, необходимо понимать психологию его населения, его ценности и мотивы. Особую важность это приобретает сейчас, когда восточный сосед оказывает все большее влияние Россию и все мировое сообщество.

В качестве материала для публикации использовались работы преподавателя Военного университета, подполковника, Ю.О. Сердюка и доктора психологических наук, профессора, полковника, В.Г. Крысько, а также записи Ирины Свиридовой

Хороший китаец, плохой китаец: особенности менталитета

В Китае «замысловатые мелодии многочисленных рыгов, пуков и харканий становятся привычной и неотъемлемой частью звуковой картины мира. А иначе нельзя — потоки энергии ци должны беспрепятственно протекать через организм». Филолог-востоковед Вера Ермилина — о положительных и отрицательных сторонах китайского менталитета.

«Тёмная сторона» китайцев

Поскольку многие мои знакомые, зная, что я нахожусь в Китае, часто начинают диалог вопросом «Ну что, как там китайцы?», я решила посвятить первый серьезный пост в этом блоге своему восприятию жителей страны, которая в данный момент служит мне пристанищем, а в далекой перспективе — кто знает? — может стать для меня новым домом.

Сразу оговорюсь, что всегда с осторожностью отношусь к стереотипам и обобщениям в отношении каких-либо групп людей, тем более, таких крупных, как этнос. Однако, прожив какое-то время в стране, начинаешь волей-неволей отмечать для себя определенные закономерности, свойства, присущие подавляющему большинству представителей данной национальности. И, что касается китайцев, в определенный момент я пришла к неутешительному выводу: они мне не нравятся. Причин этому несколько, попробую их перечислить:

1. Бытовая культура

Так повелось, что для рядового китайца выражение «что естественно, то не безобразно» — жизненное кредо. Когда идешь по улице в Китае, с привычным городским шумом гармонично сплетается все богатое разнообразие звуков, издаваемых человеческим организмом — замысловатые мелодии многочисленных рыгов, пуков и харканий становятся привычной и неотъемлемой частью звуковой картины мира. А иначе нельзя — потоки энергии ци должны беспрепятственно протекать через организм и выходить из него в тот момент, когда это необходимо. Многие привычные западному человеку табу здесь не работают, особенно в отношении детей. Усадить 7-летнего ребенка пописать посреди улицы — нормально; кормить младенца грудью в метро — никаких проблем; позволять отпрыску носиться по ресторану, вопить и валяться на полу — почему бы и нет (впрочем, воспитание детей — вопрос из другой сферы, возможно, об этом я тоже когда-нибудь напишу). Тема для отдельного рассказа — культура использования общественных уборных: многие китайцы (наверное, в основном те, что приехали в город из провинции) не считают необходимым, заходя в кабинку, закрывать дверь; в тех редких случаях, когда в уборной есть унитаз, посмотрев на его состояние, предпочтение, как правило, все-таки отдаешь обычному «очку».

2. Неуважение личного пространства

Ни для кого не секрет, что китайцев много. Очень много. Поэтому там, где датчанин или швед обзаводится собственным домиком и участком с газоном, в пределах которого все подчинено его личному вкусу, и он может побыть наедине с самим собой, китайцы буквально сидят друг у друга на головах. Традиционные большие семьи, тесные квартиры, в которых живут одновременно 3–4 поколения, для старших из которых коллективизм является одной из основных особенностей мировоззрения — все это способствует возникновению у большинства китайцев привычки постоянно быть в толпе, не испытывая при этом дискомфорта. Отсюда крайне раздражающее большинство иностранцев поведение, например, в метро, когда, чтобы выйти из поезда или зайти в него, люди просто отпихивают друг друга в сторону; те, кто стоят на платформе, втискиваются в вагон, и, не подумав сперва выпустить людей из него, и это — не грубость, это — норма. Если вы едете на поезде или летите в самолете, а ваш сосед захотел с вами познакомиться — не надейтесь почитать книжку; если вы рядом, значит, открыты для общения, и привычный нам язык тела — направленный в другую сторону взгляд, замкнутая поза, холодные и лаконичные ответы — скорее всего, останется не понятым, и, хотите вы того или нет, придется услышать все о политических взглядах, кулинарных предпочтениях и перипетиях семейной жизни собеседника.

3. Узкий кругозор

Особенности китайского образования таковы, что обучение основано на бессознательной зубрежке и направлено не столько на получение максимального объема знаний, формирование широкого круга интересов и творческого мышления, сколько на сдачу школьных и институтских экзаменов (что-то это отдаленно напоминает, не так ли?). Поэтому, как правило, эрудицией китайцы не блещут; для большинства из них балтийские страны находятся где-то между Россией и Китаем, население Бельгии говорит, скорее всего, по-бельгийски, а Боливия — такой американский штат. В общем, картина мира — примерно такая же, как у большинства наших соотечественников, но дополняется она еще и нежеланием мыслить критически, анализировать, делать собственные выводы. По моим ощущениям, среднестатистический китаец — идеальная машина для выполнения базовых задач по стандартным схемам, его интеллектуальная деятельность строится на усвоенном еще со школы наборе идей и стереотипов (в России — холодно, большой нос — красиво, африканцы — агрессивны, пейте больше воды). Такое единство мнений среди жителей миллиардной страны — безусловный плюс с политической точки зрения: китайцами удобно управлять, их реакции понятны и предсказуемы. Однако в плане межличностного и межкультурного общения, как мне кажется, это способствует сохранению огромной коммуникационной ямы между «нами» и «ними».

Все вышесказанное, разумеется, относится не ко всем китайцам. Безусловно, среди них есть высококультурные и образованные люди, обаятельнейшие личности и прекрасные собеседники. Но я постаралась сформулировать те неприятные особенности, которые, по моим ощущениям, присущи большинству жителей этой страны.

«Светлая сторона» китайцев

1. Столовая культура

Не уверена, что есть такое понятие, ну да ладно. Я из тех людей, которым блюдо в тарелке у соседа всегда кажется вкуснее собственного, и в ресторанах западного типа, где приходится из всего разнообразия вкусняшек в меню выбирать одну-единственную, мне бывает немного грустно. В китайских общепитах такой проблемы нет: заказывается всегда несколько блюд (причем, их количество, как правило, на 2–3 превышает количество сидящих за столом), которые ставятся на середину, и получается что-то вроде мини шведского стола. При таком раскладе, во-первых, удается попробовать гораздо большее количество блюд, во-вторых, даже если какие-то из них не в вашем вкусе, голодным точно не уйдете, так как что-то уж наверняка понравится, в-третьих, экономически такие ужины получаются более выгодными, потому что сумма чека обычно делится на всех едоков.

Мое отношение к китайской кухне неоднозначно: некоторые блюда я уплетаю с удовольствием (свинина с ароматом рыбы), другие кажутся мне довольно унылыми (всякие супы с пресной лапшой), а есть такие, существование которых я вообще никак не могу оправдать (вонючий тофу), но сама форма коллективного питания мне импонирует. Кроме того, здесь можно практически не беспокоиться о соблюдении столового этикета — никаких вам специальных вилок для устриц и пиалок для полоскания пальчиков — только палочки, только хардкор. Все ошметки, ракушки, кости и салфетки, как правилво, кидаются прямо на покрытый целлофановой пленкой стол, либо на пол. С точки зрения эстетики — возмутительно, с точки зрения удобства — самое то. Если у вас, как и у меня, манеры чуть-чуть похуже, чем у королевы Англии, в китайском ресторане вам будет вполне комфортно.

2. Трудолюбие

Хотя, пожалуй, это не совсем корректно: любовью к труду китайцы (как, впрочем, и большинство представителей других национальностей) не отличаются; но вот их способность долго и терпеливо заниматься скучным и монотонным трудом иногда поражает. Самый яркий пример — это, конечно, работа на производстве. Зарплаты у рабочих китайских фабрик очень невысокие, условия труда, мягко говоря, не офис Гугла, но там, где русский бы спился, француз организовал профсоюзную забастовку, а немец занялся оптимизацией, китайцы спокойно отрабатывают смену за сменой, часто оставаясь сверхурочно, чтобы побольше заработать. Больше, чем возможность творческого самовыражения, карьерные перспективы и всякие столь милые европейскому сердцу challenges, рядовой китаец ценит стабильность. До тех пор, пока работа приносит стабильный доход, какой бы скучной она ни была, они будут пахать, кушать пресный рис и радоваться тому, что имеют — мне иногда кажется, что этому можно позавидовать. Качество выполняемой ими работы — это уже другой вопрос…

3. Терпимость

В Китае за всю его историю никогда не было религиозных войн. Ну, погоняли, допустим, в Тан буддистов, потому что они были большие любители пожить нахаляву за счет подаяний, а рабочих рук не хватало; ну, запретили секту Фалуньгун, потому что нефиг катить бочку на компартию… но кровавых конфликтов на почве того, что в одной деревне богиню Гуаньинь рисуют с 6-ю руками, а в другой — с 8-ю, здесь отродясь не бывало. До тех пор, пока ваши убеждения не угрожают национальной безопасности и не предполагают нарушений закона — верить вы можете во что угодно. В Китае, по моему опыту, вполне терпимо относятся к геям (по крайней мере, в больших городах) и прочим меньшинствам. У меня есть ощущение (возможно, ошибочное), что здесь очень терпимо относятся к физическим недостаткам, поэтому люди гораздо менее закомплексованы. На улицах и в парках многие танцуют, поют в голос, занимаются цигуном, и никто никого не осуждает за экстравагантность. Это немного странно, но, в общем, наверное, здорово.

4. Дружелюбие и гостеприимство

Наверное, это обратная сторона отсутствия личного пространства, но сути это не меняет. Китайцы — очень открытые ребята, всегда готовые помочь, подсказать дорогу, пригласить на обед. Они много улыбаются и довольно редко злятся. Будучи здесь иностранкой, я часто сталкиваюсь с любопытством в свой адрес (иногда чрезмерным), но никогда — с агрессией. Когда приходишь к китайцу домой, он очень старается сделать все, чтобы гостю было комфортно и сытно.

Как-то так… к каждому пункту хотелось добавить с десяток всяких «но», но я старалась как-то держаться на позитиве. Вот еще байские тетеньки с апельсинами, чтобы было совсем радостно.

Читайте также: Если китаец собирается переродиться после смерти, ему требуется разрешение властей

Особенности китайского менталитета » Nibler.ru

Китайский менталитет, логика, привычки разительно отличаются от европейских. Этот список поможет избежать культурного шока.Первая, и самая отличительная особенность – физиология и все, что с ней связано.

— У китайцев нет на это никакого табу – нужду справляет каждый где ему вздумается. Конечно же, общественных туалетов понастроено на каждом шагу, и никому не придет в голову брать за них деньги, как некоторые. Но вид писающих прямо посреди бойкой улицы или рядом с кафешкой детёнков никого не смущает уж точно. У детей разрез снизу на штанишках, по идее, для того, чтобы менять подгузник, но безалаберные родители зачастую оставляют чадо гулять просто так, голопопым.

— В обиходе отрыжка, сморкание, плевание, пускание газов и прочие радости. Причем особенно “мило” это выглядит на разукрашенных девочках-принцессках. Все постоянно издают громкие и отвратительные звуки при еде, после нее и между едой. Говорят – “нельзя сдерживать себя, там злые духи сидят!”. Оглушительное чихание – по-моему, один из видов национального спорта – кто громче.

— Принято по неписаному закону, что мальчики покупают для своих девочек прокладки, а девочки – презервативы. Вид очередного модника с хостохэиром на голове, всего надушенного и наряженного, состредоточенно выбирающего прокладки макси меня всегда дико веселит. Нормально, если вы живете в семье с родителями, и мама покупает вам презервативы ( о ужас….)Холод.

Это то, что дико бесит, что в Японии, что в Китае и не поддается логике. В холодное время года в магазинах, кафешках, гостиницах etc. двери и окна нараспашку. Видимо, чтоб никто не подумал, что они вдруг закрыты. Центрального отопления нету, точнее, есть ооочень редко. Из-за этого всего в общественных помещениях стоит пронизывающих холод. Азиаты греют себя, тело, а не помещение. Врачи, студенты, обслуживающих персонал, все-все-все работают, трясясь от холода, в уличной одежде с униформой поверх. Я упорно не понимаю, почему нельзя закрыть окно и дверь – ведь в помещении все равно станет теплее? Но слишком они любят свежий воздух. C судорогой вспоминаю ледяной туалет в нашем хостеле в Токио, окно которого постоянно было открыто, сколько не закрывай. Не знаю, кто это делает. Тоже духи, наверное. Мы, наплевав на дичайшую сухость кожи, никогда не выключаем кондиционер, но горничная в наше отсутствие всегда открывает настежь окна. Жарко вам, бедные, – говорит. Самый срыв у меня произошел в Шанхае, когда нам дали огромный номер, в котором можно было спокойно хранить мясо замороженным. В поисках источника ветра и мороза было обнаружено, что мудрые люди тупо просунули шланг от кондёра в приоткрытую створку окно. Соответственно, окно нет возможности закрыть и ветер радостно гуляет по комнате. На мои возмущения работники отеля реагировали с нескрываемым удивлением. “Не холодно”, — говорят. “Спите”. Заткнули дырку полотенцами, пожимая плечами. Но все равно это была самая холодная ночь в моей жизни. Мы устроили из одеял вигвам и спали там, вцепившись друг в друга, как коалы. Наутро мы сменили номер на маленький, но без национальных особенностей.Еда.

— Да, всякое едят. И скорпиончиков, и гусениц. Но это скорее деликатес, для интересу. Тут интересней другое – едят всё время и просто в невероятных количествах. Любая стройная куня съедает за один присест тазик рамена и обед из 10 блюд, показывая чудеса азиатского метаболизма.

— Чоудофу. Если были когда-нибудь на китайском рынке, первое, что сбивает с ног в прямом смысле – дикая вонь от жарящегося чоудофу – “вонючий тофу” дословно. Это старый заплесневевший тофу, деликатес опять же. Как сыр с плесенью. Мои подружки говорят, что не едят такое, но уверяют, что это дико полезно.

— Во время еды весь мусор скидывают на пол. “Мы же не свиньи рядом с едой класть отходы!” – говорят.

— Интересные стереотипы о еде: уверяют, что картошка способствует хорошей фигуре, например.

— Все время пьют горячую воду! Это вообще панацея от всего – и для пищеварения, и от горла, и согревает, и худеешь. На собственном опыте знаю, что именно горячую воду советую пить китайские доктора от всего. Даже если нога отвалилась. Поэтому все ходят с кавайными термосами. Воду можно попить везде – диспенсеры и термосы с водой стоят для всеобщего пользования в любом месте.Одежда и стиль.

— Все носят угги всех модификаций и не парятся. Угги стоят 25-30 юаней.

— В китайскую зиму ( ноль, плюс десять) носят кучу одежек (см. пункт Холод). Очень модно махровое исподнее, всякие нижние кофточки с длинным рукавом и леггинсы с мехом внутри. Мне на работе выдали такое, для принцессы, ношу и радуюсь.

— Что не может не радовать – хоть как ты не оденься, никто пальцем показывать не будет. Бабули гоняют в шортах хеллокитти, бизнесмены в розовых кедах, модные куны с женскими сумками.

— Азиаты обладают потрясающим даром сочетать вещи и цвета. То, что смотрелось бы нелепо или пошло на европейке, на азиатке будет премило.Отношения.

— Ну, как обычно, не принято целоваться на людях.

— Если парочка начала встречаться, это в 90% случаев на всю жизнь. Перебирать партнеров – моветон.

— Девущка при этом имеет право встречаться с несколькими парнями одновременно, если она не решилась еще. Парень такого преимущества не имеет.

Нормально, если девушка в баре пришла с парнем, а флиртует с другим. Выбирает.

— Парни любят стройных девушек. Девочки жалуются мне, что никто не будет встречаться с пухлой девушкой.

— Парни в свою очередь жалуются мне на ветренность и огромные требования девушек.

— Видела передачу, где спрашивали у парней до 25 лет – кого они бы выбрали в девушки? 95% хотят иностранку, но только блондинку.

Особенности китайского менталитета: системность | Laovaev.net

Я думаю многие живущие в Поднебесной иностранцы рано или поздно встречаются с феноменальным явлением китайского общества, а именно с его системностью. Китайский менталитет такой, что жители Поднебесной делают все как будто по одному алгоритму, по одной схеме.

Система — это четко структурированная иерархия действий, которые в общей совокупности приводят к единому результату. Так вот, каждый китаец — это болтик, который держит могущественную и несокрушимую коммунистическую империю во всей своей красе. Сама по себе системность является неотъемлемой частью любого государства, но то как это выглядит в Китае — это абсолютный идеал мирового общественного порядка.


Многие думают, зачем об этом писать — это итак понятно, вовсе не удивили и вообще зачем посвящать этому целую статью. Но дело в том, чтобы понять насколько в Китае все это замкнуто по сравнению с другими странами — нужно только лишь самим столкнуться с этим. Особенности характера китайцев вызывают неподдельный интерес.
Не помогут вам никакие связи, ни друзья, ни знакомые. Если в системе прописано, что вы лаовай — то вы по определению лаовай. Если начальник сказал делать глупость — ее надо делать, и не потому что вы дурачок, а потому что слово начальника всегда последнее. Если у вас забрали паспорт на визу и выдали взамен официальный документ заменяющий его — вам не поменяют номер телефона, привязанный к банковской карте, потому что этот документ китаец никогда не видел. Если в супермаркете вы хотите «защитить природу» и использовать один целлофановый пакет вместо двух, при взвешивании товаров, — вам не разрешат этого сделать — потому что так глаголит система! Все это в совокупности представляет собой мощную стену противоречий, которая отбивает от себя здравые идеи и новшества. Менталитет китайцев ни за что не позволит им нарушать эту системность.


Китайская государственная система контролирует население Китая, все происходящее в стране, да и за ее рамками. Конечно, проповедующие свободу свобод европейцы, американцы придут в ужас от такой государственной монополии на жизнь каждого находящегося в стране человека, но есть в этом и хорошие стороны. Так, например, благодаря тому что на каждые пять метров расставлены камеры видеонаблюдения с новейшими системами распознавания лиц, китайцы побороли терроризм, а преступность и вовсе если встречается, то только в виде мелких карманников. Люди спокойно носят в сумках миллионы юаней и даже не могут подумать о том, что на них может кто-то напасть. Система в Китае имеет место быть, потому что такое количество людей нужно контролировать — это бесспорный факт с которым я полностью согласен. Есть другой нюанс — назовем его «системностью китайского мышления». Цель одна, а вот как к ней прийти — существует множество разных способов, но тут то и дело, что у китайцев этот способ только один — как прописано в инструкции. Если там уже есть установка — никто мозг включать не будет, и это очень странно, это вопиюще! Потому что когда начинаешь сам сталкиваться с этим — задаешь себе тысячу вопросов: «Почему вы такие, ребята?». Конечно же нельзя говорить, что все китайцы такие — но все же часть жителей Поднебесной мыслит только системно — это и есть главная особенность китайского менталитета.

Если вы столкнулись с прямым отказом, не спешите сдаваться. Менталитет китайцев не такой прямолинейный как наш — нужно объяснять ситуацию, приводить примеры, требовать обратиться к начальнику за консультацией. Вы постепенно начнете замечать, что болтик все-таки можно немного подкрутить — конечно же если ваши требования законны и не противоречат устоям китайского общества.
Многие иностранцы, требующие должного внимания к себе, в Китае начинают приходить в ужас от того, что им абсолютно не включая мозг могут сказать «нет», но, опять же, все это легко объясняется и тем фактом, что население в Китае около 1.5 миллиарда, и если бы на каждый запрос приходилось придумывать свою версию решения — китайские работники просто сошли бы с ума. Важно надавить на тот фактор, что вы не такой как они, что вы иностранец и требуете к себе должного внимания.
Никогда не взрывайтесь в эмоциях — население Китая этого не любит, это не принято в Поднебесной. Держите все при себе. И даже если вы видите, что сейчас перед вами находится абсолютно не понимающий вас человек — сделайте мудрее — обратитесь к его начальству и вы заметите как все станет проясняться само собой. Я повторюсь, Китай он не прямолинейный, здесь необходимо проявлять смекалку!
Вот такой вот он, феномен «китайской системности» во всей красе! Боритесь и вы обязательно поборете!